Вам это не напоминает одну современную поэтессу?
читать дальше
***
Лето имеет странный привкус,
Будто добавили специй, будто
Бросили осени щепоть в август,
Будто к Исусу - улыбку Будды.
Эти искусы - болезни вроде,
Это искусство - забыть на время
Женщин индейских худые груди,
Мальчиков русских худое семя.
Было темно (у нее светало).
Ждали зимы (ей казалось - лета).
Наше неласковое светило
Не золотило ей грудь рассветом.
Было темно. И, бросаясь в осень,
Лето просить о любви не смело.
Было темно, но вопрос был ясен.
Ждали зимы, а хотелось - дела.
Было... любовь приключалась часто.
Я предсказал это все заране.
Я проверял себя - это чувство
Не убивает, но больно ранит.
***
Я не дам и рубля за свои стихи,
Эти строки упрямо тобою бьются.
Мои рифмы раскалываются, как блюдца,
Как стаканы, на кухне твоих стихий.
Я пою про тебя во таком хмелю,
Что, не кончивший курсов шитья и кройки
Комплиментов, всегда получаю двойки,
Даже если и в рифму тебя хвалю.
Я усиливаю частицей "бля"
Все, касающееся моей Роситы.
Я на бал в твою Ику спешу с визитом
Противолодочного корабля.
Бей стихи мои вдребезги, бей их вкровь,-
Да поможет в трудах твоих Матерь Божья.
Они были обманчивой, да не ложью,
А насмешкой, соскальзывающей в любовь.
Пересмешника проще всего убить,
Регулярно недодавая пищи.
Даже если достоинств увижу тыщи,
Я слабее не буду тебя любить.
Между женами благословенна есть,
Недоступна моей иноземной лести.
Я как каждый советский невольник чести
Это знаю. Пора бы мне знать и честь.
***
За лесами, за морями, за Кордильерами
Ухитряешься остаться пока живой.
Убиваю наповал - фасадом, манерами,
А случается, местами, и головой.
Я могу убить любовью,- мешает этика.
Я могу убить любую,- да толку в том?
Ты приехала сюда учиться на медика,
Но первое, что сделала - вошла в мой дом.
Ты ходила в институт, слушала лекции.
Понимала, надо думать, местами, кажись.
Главное для медика - это вивисекция,
Если нужно для навыка - режь мою жизнь.
Режь меня болезного аж до гипофизу.
Ну, больше не вырасту, мать его так!
Я люблю тебя давно. Остальное - по фигу.
Кстати, как по-испански мудак?
А еще бывает чувство вроде сочувствия,
А еще бывают бабы, вроде - ерунда.
А на самом деле смерть рядом с ними чувствуешь,
Даже если отвечают "да".
Даже если говорят: "Милый, единственный",
Даже если пребывают сии три.
Больше ли любовь надежды? Отвечаю искренне:
Веры больше, это точно. Вскроешь - посмотри.
***
Черное солнце. Влага миндалин. Виселица волос.
Духом не перечислить твои основные свойства.
Сердце не в миг разбилось, сначала оторвалось
И долго летело в любовь, как в бессмысленное геройство.
Темные взмахи, узкие луны и небосвод блед
Молча, почти не плача, мне возвратят вопросы.
Я сбился с пути не сразу, сначала ступал след в след,
Но даже твои следы вопрошающи и раскосы.
Смуглые звезды в зеркале моря, в мареве января.
Сквозь плотный кристалл ночей матово тлеют руки.
Прости мне мое неверие, сначала я думал - зря,
Молись за меня, Мария, проси для меня разлуки.
Тайные всходы. Беглые взгляды. Чувствующий тростник.
Хрупкая кромка ломкого кружева океана.
Странно, но мне не больно: добился, взломал, проник.
Приник, но чужие губы горчат, как чужие страны. (с)